Спасибо, ваша задача принята!


Кстати, чтобы быть всегда в курсе событий, приглашаем Вас зарегистрироваться в Facebook в нашей группе “Адизес навсегда”.


До встречи!

С уважением, Людмила Гегельская

и вся команда Института Адизеса


Опишите вашу задачу

Адизес в школах Монтессори


Методология Адизеса
16.02.2018
Адизес в школах Монтессори
Прим. ред.: 15 февраля в прямом эфире региональный директор Института Адизеса Алексей Капуста поговорил с Анной Гурарий, основателем и генеральным директором детского сада – школы Монтессори «ГУРАНЯ», основателем и ведущей проекта «Терапия Успеха», директором представительства по Москве и Московской области Фонда Монтессори России.

Анна поделилась опытом внедрении основ методологии Адизеса с детьми и подростками от рождения до 18 лет.

Слушать интервью в форме подкаста на SoundCloud - здесь.

Алексей Капуста: Здравствуйте, коллеги! Похоже, что мы уже в Facebook в прямой трансляции. И сегодня реально необычный вот такой live у нас намечается. Я знаю, что я часто говорю: «Необычно, необычно, необычно!». Но сегодня самое необычное из того, что мне приходилось делать и говорить на тему Адизеса.

Анна Гурарий: Я здесь.

Алексей: Анна Гурарий занимается тем, что обучает маленьких детей идеям Адизеса. Прежде, чем мы приступим к какой-то официальной части нашего разговора, я хочу задать вопрос: «Зачем?». Всех интересует ответ на этот вопрос: «Зачем детям Адизес?». У меня есть опыт изложения идей Адизеса разным аудиториям – от толстых серьезных дядек за 60, до, наверное, самого моего младшего слушателя – моего сына, которому 14 лет. Я так понимаю, что вы работаете в более младшей целевой аудиторией, говоря нашим маркетинговым языком. Скажите, сколько лет самым юным слушателям-почитателям идей Адизеса. Ну, и самое главное – зачем? Зачем им это надо?

Анна: Спасибо большое за вопрос. Добрый день всем. Меня зовут Анна Гурарий, я еще раз представлюсь. Я являюсь основателем и генеральным директором «Гурани». Это детский сад-школа Монтессори в Московской области. И занимаюсь я уже этим 15 лет. И, что касается Адизеса, начала я задумываться о внедрении этой методологии еще, когда был 2005 год. Я тогда познакомилась с этой методологией. И именно тогда я задумалась о том, что все, что мы делаем со взрослыми людьми в рамках «витаминов», мы пытаемся выяснить, кто мы. И потом мы пытаемся понять, кем себя дополнить, какие у нас сильные и слабые стороны и т.д.

Я подумала: откуда же эти все взрослые люди берутся? Они же берутся из детства. И поскольку я уже тогда работала с маленькими детьми, у меня уже была моя школа, был детский сад, я видела каждый день, как дети находятся в Монтессори-среде, как они взаимодействуют, работают. И я поняла, что эти четыре «витамина» прекрасно выращиваются в Монтессори-среде.

Гураня новое.jpg

Почему я так подумала? Если взять, например, первый витамин Р-функцию, то она у нас показывает результат, отвечает на вопрос «Что?». Я подумала: «А как же это проявляется в детской саду? Как это можно увидеть?". Все дети у нас делают что-то. Они выполняют какие-то задачи. У них есть какая-то цель. Им показывается презентация какого-то материала. Например, они строят башню из десяти кубов. Это такая знаменитая розовая башня Монтессори. Задача ребенка – все это выстроить правильно с точки зрения размера кубов, все эти десять кубиков. Каждый кубик отличается на 1 сантиметр. И вот, когда ребенок строит эту башню, у него в конце получается какой-то результат. Соответственно, я видела, что один ребенок доводит эту работу до конца, а какой-то ребенок бросает все на половине и убегает. То есть, переключается…

Алексей: Разрешите, я вас перебью, пока не так глубоко нырнули. Я обязательно об этом вас спрошу. Но для начала я хочу понять – какова цель? С какого возраста? И второе – какова цель? И уже потом расскажем про башню и расскажем, как именно вы это делаете.

Анна: Спасибо большое, Алексей. Адизес – это не просто коуч. Адизес – это философия и возможность так жить. И я понимаю, что использование инструментов Адизеса уже в детском возрасте позволяет детям управлять своей жизнью, управлять своим поведением, наблюдать за собой, видеть свои сильные стороны и учитывать слабые стороны. И когда они общаются с другими детьми, они видят, с кем они общаются. И, соответственно, как выполнить что-то в проекте, например, с точки зрения взаимодополняющей команды.

Алексей: то есть, лучше понимают себя и лучше понимают других?

Анна: Конечно.

Алексей: Это, собственно, то, на чем построена теория PAEI, но только на детей. А какие самые-самые молодые, юные, маленькие в вашей практике – самый маленький, кто услышал термины Адизеса, сколько ему было? И при каких обстоятельствах он это услышал?

Анна: Этим детям шесть лет. Это дети, которые пришли в нашу сад-школу, и которые были на предметах МВА. Этот предмет у нас уже идет в рамках школы. Это вообще отдельный предмет, который я веду у них минимум два раза в неделю. Мы занимаемся по полтора часа, и там происходят совершенно разные вещи. И вот этим детям шесть лет, и это самые ранние студенты.

Алексей: Как они реагирую: Как дети в шесть лет реагируют на теорию PAEI, на то, что люди разные, на то, что есть четыре стиля?

Анна: Они прекрасно реагируют на самом деле. Но для того, чтобы они так реагировали, я естественно задумывалась перед тем, как начать этот проект, о том, как эти сложные вещи адаптировать на их язык. И поэтому мне пришлось назвать эти четыре функции по-другому. Я, например, называю их «силами». Это сила P, сила A, сила E и сила I. И так это им понятно. И таким образом мы в разных примерах видим проявление этих сил. Допустим, мы открываем рассказ какой-то, читаем его, который они и так читают. Но в этом рассказе они находят ответы, которые я задаю в вопросах.

Алексей: То есть, детский рассказ показывает эти силы?

Анна: Абсолютно. Я, например, могу спросить: «А как сейчас проявлял силу Р, например, Мишка в рассказе Носова «Мишкина каша»? Как то все происходит?». И вот эти все вещи мы обсуждаем. На самом деле, получаются живые уроки, потому что, так или иначе, все эти разговоры сводятся к коммуникации между ними.

Алексей: Я как раз хотел спросить – наблюдали ли вы когда-либо использование этого знания детьми в каких-то жизненных ситуациях?

Анна: Конечно.

Алексей: Если да, приведите какой-нибудь самый интересный пример.

Анна: Да, конечно. Это, как раз, так и происходит. Я считаю, что это самый большой ключ, который им дает этот инструмент. Например, у нас был такой урок, когда мы что-то очередное изучали. И в конце урока один мальчик, его зовут Рафаэль, он не захотел уходить с урока. Он залез под стол и говорит: «Я не уйду, я хочу дальше заниматься». Я говорю: «Рафаэль, ну, мы закончили. Вас ждут учителя наверху. Нам надо строиться и уходить». У нас есть правила, что мы вместе становимся в одну линию и уходим. Он говорит: «Нет, не уйду!».


В этот момент сделала паузу и решила понаблюдать, что будет дальше. Все дети его окружили и начали его уговаривать оттуда вылезать. Все это делали по-разному. И тут, когда они увидели, что ничего не срабатывает, я им тогда говорю: «А если вы сейчас попробуете включить силу I?». И вот тут, после моей фразы одна девочка вдруг говорит: «Знаешь, Рафаэль, если ты сейчас вылезешь из-под стола, то потом, когда мы поднимемся наверх, у нас будет прекрасная возможность увидеть там вот это, вот то и т.д.». Это были такие интересные, как бы, проходы, такие интересные фразы, которые они начали вдруг использовать.

Алексей: Потрясающе!

Анна: Да. Вот эта фраза просто их переключила на направление, которое мне было нужно.

Или, допустим, второй такой пример. У меня была задача – посмотреть у каждого ребенка, как работает сила Е. Мы все знаем, что сила Е, в принципе, проявляется у людей, когда они прекрасно живут в изменениях, в неожиданных ситуациях и т.д., и нормально себя чувствуют. И в какой-то день, когда у нас был очередной урок, они знают начало урока, когда я всегда их жду в классе. А тут они спускаются вниз, а я стою около двери и дверь заперта. Они подходят к двери, видят меня, и я говорю: «Вы знаете, я не могу зайти в класс. Они говорят: «А что случилось?».

Я говорю: «Я не знаю, что делать. Я не знаю, где ключ». Естественно, я заранее договорилась с охранником с запасными ключами, со всеми делами, то есть, что мы делаем, если дети подходят и ищут ключ.

Я говорю: «Слушайте, я не знаю, что нам делать вообще в этой ситуации. У нас там есть материал, наши книги. Нам надо как-то зайти», - и делаю паузу.

Один мальчик говорит: «Пойдемте, у охранника спросим, где ключ». Я говорю: «Пойдемте!» Мы идем к охраннику, он говорит: «У меня нет ключа, я отдал Анне Вениаминовне ключ». Я говорю: «Ну, вот, у меня нет ключа, он потерялся где-то». И вдруг один из мальчиков говорит: «Ну, в принципе, мы можем провести урок в другом помещении». Я говорю: «В каком другом помещении?». «Ну, в каком-то пустом классе, например, в переговорной». Я говорю: «В принципе, можем. Но ведь там же наш материал. Нам надо зайти туда». Он говорит: «Мы можем наши силы еще раз нарисовать».

Алексей: Т.е. вы создали стратегический комитет и начали вырабатывать стратегию: «А как же нам попасть в класс?».

Узнайте свой стиль PAEI - пройдите тест! Пройти тест

Анна: Да.

Алексей: Я заметил как бы два навыка, которые оба очень важны для взрослого человека. Первое – это навыки переговоров и убеждений.

Анна: Да.

Алексей: Когда мальчик залез под стол и не хотел что-то делать, я думаю, что многим продавцам надо взять на вооружение вот это: «А что, если применить силу такую-то? А, может быть, тогда у меня купят?».

Анна: Да.

Алексей: И то, что дети учатся смотреть на жизнь с разных точек зрения, пытаться аргументы разные применять – а вдруг сработает этот, а вдруг сработает другой. Мне кажется – это потрясающе! А второе, вот я не знаю, встречали ли вы. У Адизеса есть такая идея о том, что команда становится командой, когда на пути появляется некая преграда, которую невозможно решить в одиночку.

Анна: Конечно.

Алексей: Тогда люди начинают, собственно, общаться и вместе находить некое командное решение, как эту преграду преодолеть. И вот ваш закрытый класс, я так понимаю, это удачная попытка сделать из группы детей реальную команду. Кстати, эта попытка, чем увенчалась? Вы в класс зашли?

Анна: Она увенчалась тем, что я им предложила пройти в переговорную, сеть и обсудить вопрос, как мы все-таки дойдем до этой цели, как мы его откроем. Мы сели, я класс разделила на две части, то есть, были более старшие в первый раз, а потом более младшие во второй раз. И с каждой из этих двух подгрупп я обсуждала в переговорной, как мы зайдем. И каждая группа по-разному шла к этому. Соответственно, каждый обсуждал по правилам, справа налево и т.д. То есть, каждый говорил свои идеи по поводу того, как это сделать. Но в итого, мы, конечно, зашли в класс. Мы дошли до нашего АХО, у которого были запасные ключи.

Алексей: Сколько лет было этим детям?

Анна: Вот это и есть эти дети – первый класс, то есть, первая группа – это были дети 6-7 лет. А вторая группа – это были дети 7-8 лет.

Алексей: То есть, те, которые пытались зайти в класс – им было 7-8 лет?

Анна: Конечно. 6-7, с шести лет – первая группа. И вторая – 7-8 лет. Это очень было интересно. И еще, наверное, пример, который я могу привести. Мне кажется, он интересен.

Алексей: Конечно.

Анна: Это пример о днях рождения. У нас в школе Монтессори есть традиция, когда мы отмечаем дни рождения детей для каждого именинника, и кто-то что-то говорит. И вот, в какой-то день у нас был такой момент, когда у Максима был день рождения, и я предложила ребятам поздравить его, но необычным образом. Не традиционно пожелать что-то обычное, а сказать: «Давайте, вы вытянете сейчас маленький листочек, на котором будет сила, одна из четырех. И попробуйте примерить шапку этой силы на себя, вспомнить все характеристики этой силы, все ее особенности. И попробовать именно такими словами, как будто у вас эта большая сила сейчас выросла, или она уже есть, попробовать именно такими словами сказать. А ты, Максим, как именинник отвечать будешь через эту силу».

 

Вот это двойная была задача. Это был совершенный экспромт для них. Они не ожидали, вообще первый раз это делали. Но то, что я увидела, меня просто поразило. Потому что они на ходу создавали настолько интересные кейсы, настолько интересные вот эти фразы. И я жалела только об одном, что у меня не было камеры. То есть, я не смогла записать вот этот живой момент всего урока. Но часть я записала, у меня есть.

Алексей: Я бы взял у вас эту запись для того, чтобы показывать взрослым, которые на наших семинарах не всегда с первого раза, говоря вот этим грубым языком «догоняют», что же это за сила, или что же это за «витамин», как его диагностировать и т.д. Это мы говорим про возраст 6-8 лет.

Анна: Да.

Алексей: Есть ли у вас еще опыт работы с другими возрастными категориями? И какие там вы инструменты применяете? Может, более сложные, я не знаю.

Анна: У меня есть еще опыт работы с подростками. У нас открыта резиденция среди подростков. И эта программа более проста для восприятия взрослых людей с токи зрения того, что мы можем там делать. Потому что подростки – это самый близкий возраст к тому, что делает Институт Адизеса. Они понимают абсолютно все. И с ними я уже говорю на языке функций, на языке ролей и так далее. Я, естественно, не говорю им пока сложных вещей и т.д. Но вот этот уровень «ноль» четырех функциях-ролях, все характеристики, особенности, способы проведения собраний они проходят технологии.

Алексей: Расскажите подробнее, как дети проходят способы проведения собраний.

Анна: Это очень интересно. Соответственно, смотрите. У нас есть один из параметров, первых моментов – это формирование правил. На это у нас уходит время в каждой программе, которую я открывала. И мы создавали правило конкретно для этой группы детей. Естественно, одно из правил – мы не перебиваем друг друга, говорит кто-то один. Мы передаем слово справа налево. И вот эта передача справа налево оказалась достаточно сложной, естественно. Как это сложно для взрослых…

Алексей: Да, я как раз хотел сказать, что для взрослых это тоже сложно.

Анна: Это сложно. И для детей это тоже сложно. Но для маленьких детей, которым 6-8 лет это легче, что интересно.

Алексей: Почему?

Анна: А вот я не знаю, почему. Они это берут как данность. Вот это очень интересно. Возраст 6-8 лет вообще на основе физиологии этих детей, у них только формируется групповое поведение, и мы находимся как бы у ядра.

Алексей: Не будем так глубоко в физиологию и гормональные фоны прыгать. Я хочу вернуться, собственно, к подросткам. Вы их учите общаться по-другому с помощью правил Адизеса?

Анна: Да.

Алексей: К чему это приводит? Они реально воспринимают эти правила? Они становятся какими-то более дисциплинированными? Они лучше друг друга слышат? Каков результат?

Анна: Дело в том, что у нас есть одно из правил, что у нас есть несколько ролей на собраниях, на наших встречах. Это всегда Администратор, это всегда Наблюдатель. И на некоторых собраниях, на некоторых встречах это Имплементор. Вот я говорю с ними ровно таким языком, даже со школьниками маленькими. И когда эти роли реально работают, когда есть на уроке, и когда мы делаем какой-то проект, они видят применение этих ролей. Не просто, что им надели такую шапку, и они как бы так называются. А когда реально в конце встречи Администратор отчитывается и рассказывает, как выполнялись правила, наблюдатель рассказывает, что нам помогало и что мешало. А Имплементор сталкивается с ситуацией, кода ему надо решить за всю группу. То есть, он должен принять окончательное решение. И вот это очень интересно.

Школьники, например, которые это переживали, они переживали это в ярмарке. Когда мы готовили ярмарку, там был Имплементор, который должен был сказать окончательное решение – какие будут мастер-классы, кто там будет стоять…

Алексей: То есть, взять на себя финальную ответственность?

Анна: Безусловно! И они настолько выросли в собственных глазах! То есть, они увидели, что реально от них что-то зависит, а не только от учителя. Это первый момент. Второй момент, что вот эти все собрания и способы проведения дает им большую возможность уважать других людей. Потому что они видят, что существует какой-то алгоритм, что каждый из нас может что-то сказать. А если я не хочу говорить, я могу сказать: «Пас», - то есть я имею право вообще ничего не говорить. И это тоже нормально.

____________2.jpg

И вот эти все вещи рождают у них такую большую взрослость, не с точки зрения, что я их за уши притягиваю куда-то. А это просто жизненные ситуации. И на их языке, который они очень хорошо понимают. Очень интересные вещи рассказывают родители этих детей. Одна мама мне выслала фотографию несколько дней назад, как ее дочь над кроватью повесила четыре силы, повесила листы и пишет в каждой силе случай, который она видит в себе. Это вообще потрясающе!

Алексей: Потрясающе.

Анна: Представляете, она разделила четыре листа, она мне прямо фотографию прислала. И на четырех листах она пишет своим детским почерком конкретные вещи, которые она видит в себе. Видит в родителях – тоже пишет. Это вообще!

Алексей: Я думаю, что для каждого человека одной из самых важных жизненных миссий является – понять себя и понять – кто ты и зачем ты вообще в этом мире. И вот, те инструменты, про которые вы сейчас говорите на детском языке, на детском понимании и с самого начала, это конечно производит впечатление.

Я хочу сразу сказать, я занимаюсь инструментами Адизеса со взрослыми не менее десяти лет, из которых 7 лет очень активно, профессионально. Но я даже представить себе не мог до сих пор, до нашего разговора… Спасибо вам, Анна, огромное, что вы открываете нам глаза, и что вы занимаетесь тем, чем вы занимаетесь. Я не мог себе представить, что это может работать именно так, именно с детьми.

Анна: Да.

Узнайте этап жизненного цикла своей компании! Пройти тест

Алексей: Скажите, а какие границы, как далеко в рамках вот этого детского мира вам кажется, что есть смысл распространять эти инструменты?

Анна: Я считаю, что первое, что необходимо – это четыре силы, четыре функции. И параллельно я коснусь еще раз цели, дополнив ее, зачем это нужно. Я считаю, что для того, чтобы был этот гармоничный взрослый, вырос таким с большими функциями (с какими-то, естественно, поменьше, с какими-то побольше) и т.д. Но как минимум, чтобы он мог себя понять во взрослом возрасте, когда он выйдет в рамки компании и т.д., когда он будет создавать семью, он же откуда-то идет, он идет из детства. Поэтому цель этой программы сделать так, чтобы у детей была возможность, используя детский возраст, используя их природу, которая у них тоже очень разная, им помочь вырастить в себе максимально эти силы к взрослому возрасту. Потому что нет границ. У этих функций нет границ. Они могут расти бесконечно. Я понимаю,что книжных менеджеров нет.

Алексей: На нашем с вами языке мы должны говорить по-другому. Идеальных детей нет.

Анна: Да, идеальных детей нет. Нет, я про взрослых сейчас – нет идеальных взрослых.

Алексей: То, что взрослых нет идеальных – это где-то между Иисусом Христом и Адизесом, - мы уже поняли, да. А теперь мы поняли, что это прекрасно применимо к детям тоже.

Анна: И что касается границ, возвращаюсь к вопросу, я считаю, что конечно, – это изучение четырех функций, это способность работать в проектах с помощью собраний по внедрению, с помощью собраний по решению проблем. Это все абсолютно точно будет работать. Более того, я уверена, я то мы в нашей школе сможем заниматься и диагностикой проблем по большой нашей таблице.

Алексей: Ох, Вы круто замахнулись, я смотрю!

Анна: Я вижу, что это можно сделать. Из-за чего я так вижу? Я не вижу метод Адизеса, как простой коучинг на трудном бизнес-языке. Я вижу, что я эту таблицу могу им показать в какой-то момент, когда мы будем с ними владеть некоторой базой, но когда они столкнутся с какой-то проблемой. А проблемы есть всегда – это нормально. И когда мы будем с ними решать какую-то очередную задачу. Например, анализировать, почему у нас что-то не получается, что мы хотим дальше и т.д. Я просто вынуждена буду, вероятно, упростить эту таблицу для них на их языке, но суть будет такая. То есть, я понимаю, что это возможно.

Алексей: Спасибо, Анна. Я, наверное, уже чтобы подводить черту нашего разговора задам вопрос по бизнесу. Мы до эфира чуть-чуть с вами обменялись идеями. Каково будущее подобного рода школ, и в какую сторону вы хотите двигаться? Потому что, насколько я понимаю, вы это делаете в рамках некой системы Монтессори, но вполне возможно, что где-то в будущем Вы захотите расширить эти рамки. Расскажите про ваши планы. Расскажите, можно ли присоединиться к этому вашему замечательному и совершенно потрясающему движению? Можно ли это делать не на территории России? Если да, то где? Я тут думаю, что значительная часть аудитории сразу же скажет: «Очень интересно». Почему бы не посмотреть в эту сторону именно как на бизнес-проект?

Анна: Спасибо за вопрос. Но я бы хотел здесь сказать в рамках этого вопроса о трех моментах. Первый момент – наша школа Монтессори «Гураня» двигается в сторону франшизных проектов, мы будем их делать. И мы будем делать их не только в России. Я планирую все-таки и за рубежом эти школы в будущем тоже создать. И вижу, что «Гураня» будет идти сразу в интеграции этих двух методологий, поскольку я не вижу их уже отдельно. Я понимаю, что каждый блок, и 0-6, и 6-12, и 12-18 у нас будет работать вместе с Адизесом.

Второй момент, что, в принципе, я согласна с тем, что инструменты Адизеса, этот предмет, который я создаю, эту «Терапию успеха», как я называла этот проект, она, конечно, возможна, как более легкий продукт для использования в отдельных школах, не только Монтессори. Я просто вижу, что в Монтессори это классно работает. Но также я предполагаю, что этот инструмент, этот предмет может быть полезен в любой другой школе. Потому что там есть дети. А где есть дети, там организация.

Алексей: То есть, это некий курс, который некая прогрессивная школа может просто у вас купить и внедрить? Вот так вы это видите?

Анна: Да. Вижу, что это будет создан отдельный продукт, который можно будет просто купить для какого-то возраста. Скорее всего, это тоже буде франшизный продукт в будущем. Это второй момент. Третий – что помимо школы я занимаюсь еще Фондом Монтессори России и развиваю этот проект в рамках России вцелом. И он отвечает за метод Монтессори, его продвижение и т.д. И в рамках вот этого я надеюсь на то, что вся эта история будет расти тоже и развиваться в рамках Фонда. Но вот, наверное, основные вещи.

Алексей: Спасибо Вам, огромное, Анна. Я думаю, что на этой мажорной ноте мы можем завершить наш разговор.

Разрешите мне сделать такой анонс. На следующей неделе у нас намечается несколько новых лайвов, посвященной нашей программе для малого бизнеса. Потому что, если Анна занимается тем, что рассказывает про инструменты Адизеса и помогает понять и применить инструменты Адизеса для самых маленьких, то мы берем маленьких, но маленьких бизнесменов. То есть, компании с численностью, условно говоря, от 1-5 человек и до 50 человек. Это маленькие компании, для которых инструменты Адизеса пока еще были недоступны. И мы создали такую программу, где мы будем помогать адаптировать инструменты Адизеса для малого бизнеса. И вот, начиная со следующей недели, мы будем делать такие лайвы, встречи с нашими преподавателями, которые будут рассказать про то, как мы собираемся это делать, про наполнение этой программы и про самые важные идеи этой программы. Оставайтесь с нами. Спасибо огромное, Анна и до следующих встреч.

Авторские права на данный текст (перевод) принадлежат Институту Адизеса. Перепечатка возможна только с письменного разрешения и при условии наличия ссылки на сайт adizes.me

Возврат к списку

Комментарии

Текст сообщения*

Все статьи